Apropos
Литературный клуб
Мир литературы
Афоризмы
Творческие забавы
Библиотека
Фандом
Гостевая книга
Форум
Наши ссылки

Пишите нам

Я собираюсь роман написать… -
...одного таланта здесь недостаточно. Для того чтобы твое произведение дошло до читателя, необходимо потратить...

История в деталях:

− Нормандские завоеватели в Англии
− Одежда на Руси в допетровское время,
− Моды и модники старого времени
− Старый дворянский быт в России

   Машина чихнула, вздохнула и заглохла. Маша нахмурилась, покрутила ключом зажигания, а когда ее малышка никак не отреагировала, выругалась сквозь зубы и стукнула по рулю кулачком. Потом, вспомнив что-то, она полезла в сумочку, достала телефон, тупо посмотрела на черный экран и сообразила, что забыла сегодня зарядить свою Нокию, о чем та неоднократно намекала своей хозяйке полдня и, видимо, не дождавшись подпитки, тихо и скорбно скончалась в теплой тесноте Машиной сумочки. Ну, это уж было последней каплей! Слезы, кое-как державшиеся внутри глаз, брызнули ручьем, и Маша вяло бросила бесполезную трубку на переднюю панель.

   День не задался с самого начала. С утра на нее наорал управляющий отделением банка за непроведенные вчерашние документы. По правде говоря, Машиной вины в том не было, отдел программистов заблокировал вчера сервер и переустанавливал программу «Клиент-Банк». Клиенты начали звонить сегодня, не обнаружив в выписках своих отправленных платежек, Машу вызвали на ковер и вставили по первое число.

   Вернувшись в кабинет, она нечаянно задела ногой телефонный шнур, и аппарат с печальным всхлипом спланировал со стола, развалившись на мелкие части. Маша попросила секретаршу принести другой аппарат, а когда закрывала дверь кабинета, нечаянно прищемила палец и минут десять еще плясала по комнате от боли.

   Ближе к обеду ситуация с платежками разъяснилась, но Маша извинений от управляющего так и не дождалась. Зато приволокся Макс из управления автоматизации с повинной головой и, картинно бухнувшись на колени, долго стучал лбом о крышку стола, и, в конце концов, умолил принять предложение его отдела отобедать с ними «в одной суперской кафешке». Маша решила плюнуть на свою вселенскую скорбь и попробовать поднять себе безвозвратно рухнувшее настроение.

   Они приехали в «Кофейню», и первый, кого увидела Маша, войдя внутрь, был Николай, ее бывший возлюбленный. Он сидел за столиком с какой-то умопомрачительной блондинкой и нежно целовал девицу в щечку, по-хозяйски обняв за плечи.

   Да, они расстались месяц назад, Маше надоело его бесконечное вранье, да и любви, похороненной под толстым слоем разборок, обид и измен, совсем не осталось. Но видеть его в такой пикантной ситуации было очень болезненным испытанием. Маша незаметно проскользнула за своими спутниками в отгороженный закуток, но аппетит был окончательно испорчен, и она только скучно ковырялась в тарелке, едва слыша программистов, которые всячески старались развеселить ее, рассказывая всевозможные байки, анекдоты из своей программерской жизни.

   После обеда она поспешила на заседание «Круглого стола» и битых два часа потратила на пустопорожние разговоры в стиле «Ура! Вперед! Да здравствуем мы, единые и непобедимые», а потом лопатила горы бумаг у себя на столе, надеясь успеть к концу рабочего дня и отнести начальству аналитическую справку за декабрь, которую это самое начальство во время утренней выволочки возжелало увидеть непременно сегодня, не дожидаясь конца упомянутого декабря. Когда она влетела в приемную заведующего с готовым отчетом, секретарша Аллочка, сочувственно улыбнувшись, сообщила, что управляющий как уехал на обед, так и не возвращался, а завтра, скорее всего, улетит на Рождественские праздники в Париж.

   Маша оставила ненужную уже папку Аллочке, а сама приплелась в кабинет и, плюхнувшись в кресло, тихо простонала что-то нечленораздельное. Потом перевела взгляд на страничку настольного календаря, и нечленораздельный стон опять повторился, только уже с вкраплениями ненормативной лексики: через час она должна была присутствовать на Рождественском ужине, который устраивала ее подруга Иришка. Они с мужем жили в своем доме за городом, куда по хорошей-то дороге было ехать не меньше получаса, а сейчас, в снегопад, Маше придется плестись долго, и заехать домой переодеться она однозначно не успевает. «Ничего, лыжный костюм возьму у Ирки, чтобы завтра погулять «на природе», а вечернее платье… В конце концов, мы там будем только втроем, не для кого наряжаться», − и она, подойдя к зеркалу, оглядела свой изящный брючный костюм с треугольником белого топа в вырезе пиджачка, потом скривилась, махнула рукой и, натянув короткую шубку, вышла из кабинета.

   И вот теперь ее машинка решила, что напастей на Машину голову свалилось маловато, и застряла посреди дороги в лесу. Между деревьями уже мерцали далекие огоньки коттеджного поселка, где ее сейчас ждали, но прошагать по снегу пару-тройку километров девушка была как-то не совсем готова.
   Маша сердито вытерла платком мокрые щеки и выкарабкалась из салона на холод, проваливаясь каблучками в снег на обочине.

   «О, господи, чего же делать-то теперь?» И словно в ответ на ее вопрос за поворотом мелькнули фары, и огромное чудовище черного цвета с шумом притормозило за пару метров от заднего бампера ее машины. Раздался низкий оглушительный рев клаксона, и Маша, сжав зубы, вздернула подбородок. «Какого дьявола ты сигналишь?! Я что, нарочно здесь стою? Мог бы просто перепрыгнуть своим танком через мою козявку и не заметить! А теперь гуди хоть до скончания века!»

   Дверца всхлипнула, и из машины с ворчанием вывалился высокий мужчина и, потопав по снегу ботинками, направился к ней:
   − Ну, что стоим? Кого ждем? Права купили, а с машиной обращаться не научились?
   − Какого черта вам нужно? − голос опять предательски дрогнул, но Маша, сжав кулачки так, что ногти впились в ладошки, удержалась от слез.
   − Мне вообще-то проехать надо.
   − На вашем тракторе можно и по обочине.
   Мужчина подошел ближе, но, поскольку фары светили ему в спину, лица его в темноте было не видно. Зато Машина физиономия с распухшим носом и размазанными глазами, освещенная фарами, видимо, сияла не хуже луны в небе, которая с любопытством наблюдала за ними свысока. Мужчина, видимо разглядел все украшения Машиного лица и уже более вежливо спросил:
   − Что с машиной-то? Сломалась, что ли?
   − Да ну что вы! Я просто стою здесь, дышу свежим воздухом и любуюсь ночным лесом, − огрызнулась Маша.
   − Она еще и хамит!− изумился ее собеседник. − Вам помощь нужна или как?
   Вместо ответа Маша повернулась к нему спиной, чтобы весенние ручьи слез, радостно заплескавшиеся на ее щеках, не забрызгали ее непрошеного собеседника.
   − Девушка, мне вообще-то некогда! Меня ждут. Давайте уже решайтесь на что-нибудь. Холодновато здесь!
   Маша зашмыгала носом и развернулась.
   − Не заводится она. Не знаю, что делать. И телефон… разрядился-а-а…, − прорыдала она уже в полный голос.
   − Э, э! Ну-ка, без слез мне тут, − и он, шагнув к ней навстречу и оказавшись на целую голову выше нее, взял своими ручищами девушку за плечи и хорошенько встряхнул. От удивления Маша совершенно забыла про слезы, про суматошный неудачный день и уставилась на своего неожиданного помощника. Неизвестно, сколько времени они так стояли, глядя друг на друга. Опомнившись, мужчина хмыкнул, обойдя Машу, подошел к дверце ее машины и кое-как, кряхтя, втиснулся в салон, отодвинув кресло, насколько было возможно. Потом он склонился к ключу зажигания, поколдовал над ним, а затем повернул. Машина тихо и ровно загудела.

   Маша ошеломленно смотрела, как он неловко выбирается из ее машинки и идет к ней, улыбаясь во весь рот. Она разглядывала его лицо, освещенное фарами джипа, забыв о своем совершенно непрезентабельном виде. Темные брови, глаза, твердые скулы, а он довольно симпатичный этот ее добровольный спаситель, подумалось ей.
   Упомянутый спаситель остановился в двух шагах от нее и стряхнул снег с волос:
   − Ну что, теперь, кажется, все в порядке?
   − Как у вас это получилось?
   − Работа такая.
   − Вы что, автослесарь?
   − Не угадали. Скорее, ангел-хранитель, − усмехнулся ее собеседник.
   − В смысле? − Маша как открыла рот, так и стояла, забыв его захлопнуть.
   − Есть такая профессия − людей из беды выручать. МЧС, слышали? Ну ладно, давайте, я вас провожу до поселка. Вы же, наверняка, туда направляетесь?
   − Д-да! − кивнула Маша.
   − Ну, тогда поехали, а то что-то сегодня день тяжелый. Да и ждут меня уже, − словно бы извинился он и, развернувшись, направился к тарахтящему джипу.
   − Постойте! − вырвалось у Маши. − А если она опять…
   − Да нет, не должна. В любом случае я буду рядом − ответил он, оглянувшись через плечо и берясь за ручку дверцы.
   Возле Иришкиного дома Маша притормозила и опустила стекло. Джип поравнялся с ее машиной, и затемненное стекло тоже сползло вниз.
   − Спасибо, я приехала.
   − Вам сюда? − ей показалось или в голосе его зазвучало безмерное удивление? − Ну что же, всего хорошего, − улыбнулся он на прощанье, а Маша заторопилась:
   − Подождите! Как вас зовут-то?
   − Да вот так и зовут. Когда помощь очень нужна, −  рассмеявшись, мужчина поднял стекло и, переваливаясь по заснеженной колее, осторожно объехал Машин автомобильчик и с рычанием тронул с места.
   Маша заехала в предусмотрительно открытые хозяевами ворота и притормозила на подъездной дорожке. Ира выбежала в прихожую в кокетливом фартучке и всплеснула руками:
   − Машуля! Я уже волноваться начала! Боже мой, что это у тебя с лицом?
   − Остатки былой роскоши, − тихо смеясь, ответила Маша и, вооружившись платочком, привела себя в порядок возле большого зеркала в прихожей. Потом пригладила растрепавшиеся волосы, подкрасила губы и с довольным видом оглядела себя в зеркале. Результат ее весьма удовлетворил. После происшествия на дороге настроение ее странным образом улучшилось, и она была готова по мере сил поддержать дружескую компанию за столом.
   Комната была празднично украшена, стол накрыт, Володя трудился, открывая вино. Он, улыбнувшись, кивнул и, взглянув на часы, сообщил:
   − Подождем немного, Иван позвонил, сейчас придет. Сказал, что только что вернулся. Иван − это наш новый сосед, − пояснил он Маше, обменявшись с женой заговорщическими взглядами. Их гостья в ответ нахмурилась:
   − Вы же сказали, что посидим в узком кругу без посторонних.
   − Если четыре человека − это широкий круг… − закатил глаза Володя.
   − Так. Вы опять за свое? Может, хватит меня беспрерывно сватать? − проворчала Маша, сворачивая салфетки в аккуратные розочки и раскладывая их на сервировочные тарелки.
   − Да, что ты, Машуль, даже и не думали, − зачастила Иришка, − Просто он живет здесь один, постоянно пропадает по командировкам, а тут вдруг приехал на праздники. Вот мы и решили: чего он там скучать будет? В Рождество нужно делать добрые дела. Правда же, Володь?
   − А то, − бодро откликнулся муж и с характерным чмокающим звуком вытащил пробку из последней бутылки.
   Ирина внесла своего фирменного гуся на блюде и попросила Машу помочь. Девушки водрузили блюдо в центр стола, переместив другие тарелочки с салатами, рюмки и фужеры, когда звякнул колокольчик у входа.
   Володя вышел из комнаты и вернулся уже с гостем.
   − Ну вот, прошу любить и жаловать, наш сосед. Знакомься, Иван, это наша Маша, − заявил страшно довольный собой хозяин дома, а Маша просто остолбенела, таращась во все глаза на вошедшего высокого мужчину, который буквально полчаса назад так кстати оказался ее ангелом-хранителем. Глаза Ивана обежали стройную фигурку девушки и задержались на ее лице в восхищенном удивлении, а губы дрогнули в едва сдерживаемой улыбке. Иван, помолчав, сказал, обращаясь к Маше:
   − А мы уже знакомы, не так ли? Я же говорил: что меня зовут, когда я очень нужен. Вы, наверное, меня позвали?
   Маша смущенно кивнула, глаза ее сияли.

декабрь, 2007 г.

Copyright © 2007 Светлана Белова

Обсудить на форуме