Творческие забавы
Юлия Гусарова
В поисках принца Начало Пред. главы
У Марты
Наступил ранний предрассветный час: солнце еще не
показалось, но его отсвет уже выбелил посеревшее небо, и все вокруг встрепенулось и замерло в ожидании рассвета.
− Ну-ка, глянь! Кажется, там внизу у речки какой-то дом.
− Да, действительно. Только надо бы сейчас по осторожней, а то мы уж давеча нашли один…
− Это верно. Так, может быть, ты на разведку и двинешь?
− Ох-ох-ох, – вздохнул несчастный Бруно и спрыгнул на землю.
Не прошло и четверти часа, а Бруно уже вернулся.
− Быстро ты!
− В доме живет семья – вдова и четверо ее детей, корова, ослик и кошка. Вдова Марта – женщина добрая и жалостливая, к ней можно обратиться за помощью и попросить пристанище на время болезни Шаула. Она уже встала доить корову. Так что давай направляться к ней.
− Ну ты даешь! Ты как это узнал? Ты что и мысли читать умеешь?
− Я умею разговаривать не только по-человечески, но, как ты, наверное, догадываешься, и по-кошачьи.
− Замечательно!
Они спустились с опушки леса к речке и свернули к небольшому аккуратному домику. Сони слез с лошади и, обогнув дом, прошел сразу к
хлеву, где у открытой двери сидела на маленькой скамеечке вдова Марта и доила корову.
− Здравствуйте, почтенная госпожа!
− Ой! Как ты меня напугал! Здравствуй! Ты чего так рано по домам ходишь?
− Да беда у нас случилась, добрая женщина. Мы с хозяином через лес пробирались, да разбойники на нас и напали.
− Кошмар какой!
− Хозяин мой, парень храбрый и находчивый, но что может один против такой-то своры?! Искалечили они его, еле жив. Продолжать путь, так он совсем помрет. Помоги, милая хозяйка, приюти нас на несколько дней. Выходить бы нам его.
− Да где же он? Пошли скорее!
Сони с хозяйкой внесли Шаула в дом. Домик у вдовы Марты был небогатый, но чистый и уютный.
− Наверх поднимайся, – велела она Сони, – там у нас
комната одна свободная, в ней вы сможете и расположиться. Правда, кровать-то там
одна, как же с тобой быть?
− Да вы не беспокойтесь, хозяйка. Я привычный, вы мне какую-нибудь тряпицу на пол бросьте, я и прекрасненько устроюсь.
− Тряпицу? Да я уж тебе что-нибудь найду получше. Что ж на тряпице-то мыкаться! Ты устраивай хозяина своего, а я пойду Тита
подниму, это сын мой старший, за доктором его отправлю в город.
Друзья прекрасно устроились у сердобольной вдовы. Шаула посетил добрый старенький доктор, он сокрушенно качал головой, осматривая
Шаула, и цокал языком, считая его пульс. Но сказал, что серьезных повреждений нет, и что при надлежащем уходе и временном покое он быстро пойдет на поправку.
Пациент постепенно приходил в себя. Бруно был рядом.
− Не пей ты эту микстуру! – Строго остановил он Шаула.
− Почему?
− Доктор сказал, что у тебя нервное потрясение от пережитого. А нервы надо лечить не лекарствами, а духовными упражнениями.
− Надо же! – удивился Шаул, но микстуру все-таки выпил. – А куда Сони запропастился?
− Он помогает вдове в огороде. Надо отметить, что мальчишка оказался молодцом. Не говоря о его чудесном появлении в ту
злополучную ночь, он и здесь не перестает меня удивлять: постоянно крутится по хозяйству. Для мужской работы он, конечно, хлипковат, но все остальное ему явно
по плечу. Моет, скребет, в огороде копается, с малышами хозяйкиными играет. Незаменимый в хозяйстве молодой человек. И что его на уличный бизнес толкнуло?
− А я думаю, что это его не видно совсем?! Молодец! Кстати, а где ты был всю ночь?
− Я?… Ну, знаешь ли, у меня были некоторые обязательства по отношению к Магдалене…
− Магдалене? Кто это?
− Это кошка. Она нам очень помогла тем печальным утром с определением характера этого жилища. И я должен был э-э… оказать ей
соответствующее внимание.
− Бруно! Но это же простая кошка, ты не должен пользоваться своим положением!
− Шаул, ты очень милый и, судя по всему, благородный юноша, но поверь мне, ты несколько ограниченно мыслишь, в том числе и в сфере взаимоотношений. К тому же, все, что касается кошек…
− Прости, я не хотел вмешиваться, но Магдалена обыкновенная кошка, и обманывать бедняжку…
− Ты ошибаешься, мой друг, обыкновенных кошек не бывает. Просто у каждого из нас своя особенность.
Раздался стук в дверь, и вошла хозяйка.
− О, я вижу, вы уже лучше себя чувствуете, раз с котом разговариваете. – Она засмеялась, увидев растерянное лицо Шаула. – Да не
смущайтесь, я сама все время разговариваю и с кошкой и с коровой. Они у нас как члены семьи. И смею вас заверить, они всё понимают, сочувствуют мне и помогают. А ваш кот удивительный. У него такой умный взгляд, что волей неволей заговоришь с ним, так и ждешь, что он тебе сейчас ответит. Наша Магдалена от него без ума. – Она установила столик на кровати Шаула и поставила тарелку. – Вот поешьте, что Бог послал. Вам надо сейчас кушать, чтобы быстрее поправляться. Да, и вот еще что. Сын мой Тит, все просится к вам. Он у меня очень смышленый, хотел вас порасспросить о городах, откуда вы и где побывали. Сони рассказал нам, что вы путешественник. Какой хороший мальчик ваш Сони! Лучшего помощника и сыскать трудно! И добрый и веселый, а как он с ребятишками возится – на зависть любой няньке! Ох, что это я заболталась. Ну как на счет Тита, можно его к вам послать?
− Конечно!
− Спасибо.
Не прошло и минуты, как в дверь просунулась рыжая взъерошенная голова старшего сына вдовы:
− Можно?
− Заходи, конечно.
− Я тут… Я… – засмущавшись, засопел Тит.
− Я вижу, ты что-то принес. Что это?
− Это рисунки.
− О! Это очень интересно! Можно их посмотреть?
Мальчик заметно приободрился, и с радостью начал показывать свои рисунки Шаулу.
− Это мама с малышами. А это наша корова Нюрка. А это автопортрет с Магдаленой.
− Послушай, да ты замечательно рисуешь. Ты где-нибудь учишься этому?
− Да какое там! У нас после смерти папы и денег-то нет совсем. Как мама ни крутится, и мы ей стараемся помогать, но на школу не
набрать.
− А ты бы хотел, правда?
− Ой! Как бы хотел! А еще бы я хотел путешествовать, как вы! Я бы тогда рисовал все, что встречал в пути. Расскажите, где вы бывали?
В каких странах? А на Востоке вы были? Вы мне опишите, что вы видели интересного, а я это нарисую.
− Боюсь тебя разочаровать, Тит, мы не так много путешествовали. Что бы тебе рассказать? – задумался юноша на минуту. – Ну
например, в вашем лесу растут дубы, липы, березы. Он не очень густой, в нем и солнце играет и целые поляны цветов. А на севере леса густые, суровые, темные,
сосны и могучие ели поднимаются там высоко-высоко в небо, закрывая своими темными лохматыми лапами солнце. Поэтому в лесу сумрачно и сыро. Цветов там не
много, и они скромные, незаметные. Зато ягоды, как яркие бусы: синие, голубые, розовые, оранжевые! А какие они вкусные!
− Здорово! А какие-нибудь приключения с вами происходили?
− Приключения? Да нет, пожалуй, ничего такого с нами не происходило.
− Ну да! Сони нам рассказывал, как вы дрались с целой армией злых торговцев, защищая от них беззащитного голодного ребенка,
которого они хотели растерзать! И как вы сражались с разбойниками!
− Сражались? Боюсь, он несколько преувеличил мои подвиги. А это что?
Шаул смотрел на рисунок, на котором были изображена женщина с петухом. Листок был немного помят, краски местами размазаны, – видно,
мальчик рисовал с увлечением – небо неестественного голубого цвета, а дом завалился набок, но как верно было схвачено движение женщины и задиристый
характер петуха, сценка была как живая.
− Это? Это мама. Она как-то хотела петуха поймать. А тот ни в какую: убежит подальше, остановится и кукарекает. Да так смешно как
будто сердится на нее и запрещает ловить. Так она его и отпустила, пожалела. А это, – Тит показал еще один рисунок, – королевский лесничий. Он ужасно злой и жадный. Еще когда папа был жив, все с ним ругался. А теперь, когда папы нет, к маме ходит ругаться: то папино ружье заберет, то его трофеи, а то хотел у Виолы
отобрать куклу, которую папа ей из оленьих рогов сделал. Такой противный! Вот я его и нарисовал.
На рисунке был изображен непомерно толстый человек с чванливо оттопыренной нижней губой и маленькими глазками-щелочками, он сидел на
огромной куче из сундуков с деньгами и протягивал руки к кукле, которую пыталась удержать маленькая девочка.
− Забавно. Послушай, а принц ваш, что он за человек, добрый или нет?
− Да он смешной такой. Бывало, едет на карете по городу, и вдруг велит кучеру: «Останови», – выйдет из кареты и переулками к
рыночной площади. А там народу – миллион. Вот он ходит среди них, а они – кто кричит, кто смеется, кто ругается, кто анекдоты рассказывает, никто его не замечает. А он знай себе в усы посмеивается, и к торговцам: чем торгуют, да почем. Походит, посмотрит, и обратно переулками к карете. И уж во дворец едет. А иногда выезжает из города да по деревням и селам: выйдет опять прямо на поле, где жнецы или сеятели простые, и к ним, посмотрит, послушает, поговорит, и обратно. И одет всегда так неприметно, что и не поймешь, принц он или просто господин какой любопытный. А я-то его сразу узнаю, у меня глаз наметанный. Я его тоже нарисовал, как он все узнать хочет. Вот.
Принц на рисунке Тита был великаном, который шагал по городу, заглядывая в окна домов, которые не доходили ему и до пояса. Великан
был добрый и довольно симпатичный, если не учитывать чрезмерно длинный нос и огромных ушей.
− Ха-ха. Смешно.
− Ну, ладно, я пойду, а то мама заругает. Вы что-нибудь еще вспомните, а я пока лес ваш нарисую. – Тит схватил свои рисунки и
убежал.
− Занятный мальчуган. Надо бы нам поторопиться, Бруно. Давай-ка собираться в город, время не ждет.
− Да ты здоров ли?
− Уж как-нибудь.
Вдруг Шаул заметил, что до сих пор в руках держит карикатуры Тита, он еще раз с удовольствием посмотрел на них:
− Какой талантливый мальчик! Надо отдать ему его рисунки.
Шаул встал, и хоть был еще слаб, самостоятельно собрался и довольно бодро спустился вниз.
− Да вы уже на ногах! – Всплеснула руками Марта. – Ну куда вы собрались? Доктор велел вам лежать!
− Да мне очень надо в город. Будьте любезны, объясните, как туда проехать и если знаете, как попасть к принцу на аудиенцию?
− Да проехать-то тут просто, не заблудитесь: через мост и прямо по дороге, не сворачивая, и попадете в город. А с принцем и на
улице можно встретиться, а если у вас какое дело, так вы во дворце прямо и спросите, они скажут, когда он там будет. Он все больше в разъездах.
− Спасибо.
− Ох, не бережете вы себя! – Махнув рукой, Марта прошла на кухню.
− Ах да, рисунки… – юноша положил листки на маленький столик около окна и вышел.
Во дворце
Стояли удивительные ясные теплые осенние дни, и
природа нежилась и красовалась в лучах ласкового солнца.
Дорога в город была очень красива. Столица располагалась на холме, поросшем ярко-красными, темно-бордовыми и золотыми
кустарниками, в низине протекала речка, вода в ней уже потемнела. И она медленно катила свои черные воды, обрамляя, словно красивая рама из темного дерева,
изумительную картину ярких красок растений, покрывавших городской холм.
Путешественники вошли в ворота города. Тот встретил их веселым шумом рыночной площади: гомон голосов, смех, крики торговцев.
Урожай был собран, амбары заполнены, подвалы лавок и
домов ломились от запасов. Крестьяне, закончившие земельные работы, пришли в
город продать свой товар, купить городских изделий да повеселиться вволю. Все
бурлило и кипело.
Шаул расспросил, как найти дворец, и они с Бруно ехали по городу, глядя по сторонам, прислушиваясь к разговорам прохожих и
всматриваясь в их лица.
− Они мне больше нравятся, чем соотечественники Сони.
− Странно слышать от тебя, Бруно, положительную оценку да еще так скоро.
− Зато ты, я вижу, настороже. Ну что ж, это верно, не стоит судить по первым впечатлениям. А вот и дворец.
Дворец оказался красивым зданием из тесаного камня благородных пропорций и форм, однако лишенный приличных случаю богатых
украшений, фонтанов и садов. Пожалуй, только липовая аллея, ведущая ко дворцу, сияющая золотом в лучах осеннего солнца, выполняла роль изящного декора.
Шаул и Бруно подъехали, и, поднявшись по лестнице, остановились у красивых, но строгих больших дверей. Никого не найдя там, немного
помедлив, Шаул открыл дверь и заглянул в холл. Там тоже никого не было. Но тут же раздался голос:
− Сейчас. Сейчас. Уже иду. Минуточку, пожалуйста.
В холл вбежал изящный немолодой господин.
− Простите, пожалуйста. Я совершенно разрываюсь. Надо присматривать за дверями, и успеть распорядиться об обеде, не забыть
разжечь камины – у меня голова идет кругом. Простите. Так чем могу?
− Я хотел бы попасть на аудиенцию к принцу. Это возможно?
− От чего нет? Проходите, пожалуйста. А с кем имею честь?
− Я Шаул, путешественник, родом из свободного
города Бонка, если вы о таком слышали.
− Как же не слышать, конечно, конечно. Так вы просто путешествуете?
− Ну да, я собираю разные впечатления о королевствах и их правителях. Думаю написать обзор географических и политических особенностей стран северо-западного региона для нашей городской библиотеки.
− Как интересно. Очень похвальный труд. А этот мальчик с вами?
Оглянувшись, Шаул увидел заглядывающего в двери Сони.
− Что ты тут делаешь? – Шикнул он на того. – Извините, пожалуйста. Это мой спутник Сони. – Шаул вновь обернулся к мальчику, –
подожди меня, пожалуйста, с Бруно.
− Не надо гнать мальчика на улицу, там уже прохладно. Пусть побудет здесь. Ничего страшного. Ему, наверное, просто стало
интересно. Правда?
− Угу, – пробурчал внезапно сконфузившийся Сони.
− Но извините, я сам не представился. Я граф Бенедиктус, секретарь, мажордом и привратник в одном лице. Принц наш не держит
большой штат прислуги. Вот мы здесь небольшой командой со всем и справляемся. – Пато, дружище, – обратился он к вошедшему угрюмому человеку в крестьянской одежде, – будь добр проверь камин в спальне принца, он коптит ужасно.
− Уже иду, ваша милость, – ответил человек и смущенно улыбнулся, что было совсем неожиданно при его суровой внешности.
− Это Пато, – пояснил Бенедиктус, – он мастер на все руки. Если что надо починить, смастерить – ему нет цены. Так вы хотели бы
повстречаться и поговорить с принцем?
− Да, да.
− Боюсь, это проблематично. У принца такой плотный график. Но мы сейчас посмотрим, что можно сделать. – Граф подошел к высокому секретеру, из которого везде торчали бумаги и перья, достал толстую потертую тетрадь и начал листать ее. – Так. Вот смотрите. Завтра у него день посвящен объезду окружающих лесов. Он почти весь день проведет в поездке вместе с королевским лесничим. Что за неприятный тип! – пробормотал он себе под нос. – Так, смотрим дальше. Вечером встреча с послами, и ужин. Так вот нашел. Нет не то. На ближайший месяц никаких окон, но в начале следующего, вот…
− Простите меня, но я не могу ждать целый месяц. Неужели ничего невозможно сделать?
− Вы очень милый молодой человек, но я совсем не знаю, что здесь можно поделать…
− А почему бы принцу ни пригласить юношу послезавтра на обед?
В комнату вошла миловидная дама средних лет, одета она была очень просто – темное платье, чепец на голове, передник, но горделивая
посадка головы и величественная фигура выдавали ее благородное происхождение.
− Это Розалинда, моя жена, статс-дама, экономка и прочее. Сейчас я посмотрю, кто будет на обеде.
− Никого не будет. Я только что составила меню на эту неделю, и очень хорошо помню.
− Да, ты права. Ну что ж, молодой человек, Шаул из Бонка, милости просим во вторник к семи часам на обед к его высочеству принцу
Христиану.
− А принц не будет против? Ведь он даже не знает меня.
− А что ему противиться? – Удивился граф. – И потом, я вас знаю и ему расскажу. Придете?
− Ну, конечно. А, скажите, надо как-то особенно одеться, подготовиться?
− Ну оденьтесь как-нибудь. Как у вас в Бонке вы одеваетесь к обеду?
− Но у нас нет принцев.
− Ну и не надо. Одевайтесь, как вам удобно, только не опаздывайте, вот этого он не любит.
− Большое вам спасибо, – Шаул поклонился графу и графине, – вы так добры! Очень рад был с вами познакомиться!
− Мы тоже были рады, – ответила за себя и мужа Розалинда. – Мы очень беспокоимся за принца, он всего себя посвятил заботам о
королевстве, у него даже нет товарищей его возраста, с которыми он мог бы просто весело проводить время, отдыхать. Все только деловые встречи, совещания,
поездки. А ведь он еще так молод! Вы хоть его отвлечете от дел. Немного поболтает, развеется с вами. Будьте здоровы. А это тебе, сорванец, – и она
протянула Сони конфету.
− Спасибо.
− Не за что. До встречи.
− Всего доброго, – Шаул снова поклонился графу и галантно поцеловал руку очаровательной графине.
− До встречи.
Шаул и Сони вышли из дворца. Бруно был тут как тут.
− Ты слышал?
− Да.
− Как тебе? Полная противоположность тому, с чем мы столкнулись в Шанталии.
− Посмотрим на самого принца.
− Да ты прав. Не стоит обольщаться. Но все-таки я воодушевлен. Такие простые милые люди! Такая теплая обстановка! Удивительно!
− Странные они какие-то. Разве таким бывают графы и графини? – вступил в разговор Сони.
− А ты-то откуда здесь взялся? Разве позволительно так бесцеремонно врываться во дворец? Мы в чужой стране, и следует вести себя
тактично.
− Ничего такого страшного я не сделал. И никуда не врывался, они сами меня пригласили.
− Ты бы не пререкался напрасно, а послушал, что тебе говорят, – продолжал наставлять мальчика Шаул. – И поверь мне, правила приличия – это совсем не мелочь. И порою они могут сыграть решающую роль, особенно в такой щекотливой и непростой миссии как у нас.
− Какой еще щекотливой миссии?
− Это долгая история.
− Ну как же я смогу помогать вам, если не буду знать
что мы делаем?
− А ты решил остаться с нами?
− Ну конечно!
− Ну я-то не против. А что ты думаешь, Бруно?
− Я думаю, что жизнь мальчика и так представляет собой череду всевозможных приключений и их печальных последствий, так что,
вероятно, мы не сильно ухудшим ситуацию. А нам такой помощник не повредит. Ты-то совсем беспомощен в бытовых реалиях, только на заклятиях специализируешься!
− Ну, опять завел свою шарманку!
− Каких заклятиях? Ты колдун?
− Ты что, Сони?! Какой колдун?! Был бы я колдун, так давно бы превратил бы Бруно обратно в нормального кота, чтобы молчал хоть изредка!
(продолжение)
июль, 2008 г.
Copyright © 2008 Юлия Гусарова
Другие публикации Юлии Гусаровой
Обсудить на форуме
Исключительные права на публикацию принадлежат apropospage.ru. Любое использование материала полностью или частично запрещено В начало страницы
|
